Как оформить инвалидность при аутизме ребенка

Получение статуса инвалида при аутизме ребенка может быть сложным и трудоемким процессом, требующим медицинских документов, экспертизы и оформления необходимых документов.

В следующих разделах статьи мы рассмотрим какие шаги необходимо предпринять для получения статуса инвалида при аутизме ребенка, что делать если ваш запрос отклонили, а также какие дополнительные права и льготы доступны детям с аутизмом и их семьям.

Когда психолог сообщил мне, что мой старший ребенок имеет синдром Аспергера, я поняла, что это будет длительный путь. Синдром Аспергера — это часть аутистического спектра (РАС) и это означает множество проблем в повседневной жизни.

Когда родители узнают о диагнозе, первый вопрос, который возникает — как помочь своему ребенку адаптироваться к обществу и построить свою жизнь.

Прошлое, со всеми его трудностями и непонятными (по крайней мере, для меня) проблемами, мелькало перед моими глазами словно в быстром темпе. Только сейчас я настоятельно задумалась о чем-то.

И первое, что я поняла почти мгновенно: я не только не буду включать информацию о сыне с ограниченными возможностями в медицинской документации районной поликлиники, но даже не укажу диагноз. Вы спросите, а как же тогда был поставлен диагноз — без врача, без поликлиники?

Очень просто: я обошла районного психиатра. Когда у вас много друзей-врачей, и частная медицина процветает в стране, это сделать несложно. Тем более, что сегодня информации о аутизме и синдроме Аспергера гораздо больше, чем в 1999 году, когда родился мой сын (включая переводные статьи).

Одной из причин позднего постановления диагноза был недостаток медицинской информации, который теперь является прошлым. Именно из-за этого диагноз был поставлен уже после окончания начальной школы.

С самого начала мне было очевидно, что мой ребенок отличается от других. Ему было сложно находить общий язык со сверстниками, хотя он очень желал общаться. Проблем со способностью говорить и интеллектом не было, наоборот, он развивался очень быстро. Меня больше всего беспокоили выраженная гиперактивность, нарушения сна и слабый иммунитет. Первые три года он почти все время проводил на моих руках и каждую ночь просыпался 4-5 раз.

Из-за заболеваний, травм и переезда, мой сын так и не пошел в детский сад. Перед поступлением в школу мы, как законопослушные граждане, прошли плановый осмотр у психиатра. Женщина врач ничего не сказала о возможном аутизме, но требовала, чтобы шестилетний ребенок решал в уме примеры вроде «9 минус 7». Кстати, мой сын ни разу не допустил ошибки. Сейчас я удивляюсь, почему я не возразила против такого «психиатрического» тестирования.

В школе с первого дня все пошло наперекосяк. Мой сын практически сразу возненавидел ее. Ему было скучно учиться, потому что учебная программа для первоклассников показалась слишком легкой, а сидеть на месте 5-6 уроков подряд было невыносимо для семилетнего мальчика. К тому же отношения с одноклассниками так и не сложились. Его манера цитировать литературные произведения и отсутствие интереса к компьютерным играм, кино и мясу отталкивали других.

Да, люди с синдромом Аспергера не умеют врать. Их любовь к цитатам и ограниченный список еды хорошо известны всем.

В средней школе мой сын стал объектом системной травли со стороны учеников, их родителей и учителей. Эта ситуация стала стандартной, по словам моих знакомых. Родители, считающие себя успешными, не хотят видеть «особенных» учеников в классе своих детей. Они хотят, чтобы их дети учились в престижной школе, и утверждают, что присутствие «особенных» учеников негативно сказывается на рейтинге школы. Я слышала такие разговоры не раз.

Естественно, что школьная администрация также стремится к повышению своего рейтинга, однако она понимает его иначе: как поддержку школы со стороны родителей с высоким статусом и сотрудничество с различными интересными организациями, которые они привлекают. Вместо того, чтобы приводить порядок в школе в соответствии с Законом об образовании, администрация предпочитает помогать избавляться от «неправильных» учеников, которые оказываются в роли чёрных лебедей.

В рамках уроков по предмету «Общество» мой сын слышал много правильных слов о толерантности, недопустимости ксенофобии. Однако после окончания урока учительница сразу забывала о сказанном и начинала поддакивать травле. Толерантность цвела пышным цветом. Мой сын сделал свои выводы о происходящем, и я не стала его переубеждать. Я, как и он, не переношу ложь.

В итоге, школьная администрация была вынуждена выбирать: отправить жалобу в департамент образования и обратиться в прокуратуру или… Итогом стал выбор «или». Только сейчас осознаю, что нужно было начинать с этого.

Особенно плохо то, что на фоне постоянного стресса у ребенка усилились признаки аутизма. Начался регресс – как в интеллектуальном аспекте, так и в плане психоэмоционального развития. Сын на долгое время замкнулся в себе, его интересы сузились.

Впрочем, в раннем детстве ребенок жил в довольно благополучной обстановке, и я уделяла ему практически все свое время, работая на остатки сил. Мы много общались. Говорили о разных вещах, гуляли по весенней и заснеженной Москве, ходили на органные концерты и в Пушкинский, путешествовали…

Моя школьная жизнь лишила меня всех моих достижений, не предложив взамен ничего, кроме стресса и страха.

Когда моему сыну было 9 лет, у меня родились близнецы, и времени для общения со старшим ребенком стало значительно меньше. Впрочем, отношения с сестрами у него сложились прекрасные. Он очень ждал их появления на свет и до сих пор помогает мне заботиться о них. Раньше я огорчалась тем, что у меня только один ребенок. Теперь я вижу, что это, вероятно, часть Божьего замысла.

Ведь я могла бы уделить старшему всю свою заботу и внимание, а для него это было бы настолько важно. Возможно, это внимание стало своего рода средством реабилитации.

По моему мнению, родители — лучшие специалисты по АВА-терапии для детей с аутизмом. Ведь каждый ребенок с этим диагнозом уникален, и никто не сможет понять его так, как родители. Только совместные усилия родителей, врачей и частных психологов могут привести к хорошим результатам, не в школьных, а частных.

Также, хорошие результаты дал арт-терапия. Моя сын плавно вышел из внутреннего одиночества благодаря классам в музыкальной школе, где у него был талантливый преподаватель. Учить аутиста музыке — нелегкая задача.

Интересно, что у детей с синдромом Аспергера часто любимым предметом становится сольфеджио. А для развития мозга особенно полезны занятия игрой на музыкальных инструментах, требующие координации обеих рук.

К сожалению, в связи с переездом в другой район, послешкольной депрессией и подростковым нигилизмом (что было отмечено преподавательницей) музыкальная школа была оставлена в стороне. Зато мой сын самостоятельно выбрал для себя изобразительное искусство. И хотя его талант в рисовании меньше, чем в музыке, это стало большим источником утешения для ребенка, который переживает непростые времена.

И когда наконец был поставлен диагноз и стало понятно, что происходит с моим сыном, мне пришлось принять важное решение. Это было после разговора с психотерапевтом, опытным и заботливым человеком, который, кстати, тоже является родителем ребенка с синдромом Аспергера. Она спросила меня: «Вы планируете оформить инвалидность?»

Меня посетила мысль. Какие привилегии и гарантии предоставляются детям с так называемыми «мысленными нарушениями» в нашей стране? Отсутствие призыва в армию? Минимальная пенсия, за получение которой приходится каждые несколько лет проходить многочасовую проверку? По-видимому, здесь завершается список преимуществ.

Зато для таких детей открывается прямой путь к гетто, из которого уже нет возврата. Не секрет, что все дети с диагнозом «аутизм» (и это очень разные дети с разной степенью нарушений) по достижении 18 лет автоматически получают диагноз «шизофрения». И этот диагноз уже не снимается.

Аутизм почти не поддается лечению, возможно лишь определенная социальная компенсация.

В наши дни общество предпочитает избавиться от детей-аутистов, что гораздо проще, чем адаптировать взрослых аутистов и вовлекать их в жизнь общества.

Сегодня все чаще говорят и пишут о значимости инклюзии. Приняты изменения в Законе «Об образовании в Российской Федерации», согласно которым инвалиды имеют право на инклюзивное образование в обычной школе. Но дает ли это что-то реально на практике?

В этом прав Валерий Панюшкин, который показал, что закон не работает в реальности. Проще говоря, если директор школы не заинтересован в инклюзии, то ее не будет. И ведь почему директору захочется внедрять инклюзию? Что он получит от этого, кроме новых проблем?

Когда-то мой сын столкнулся с непониманием со стороны родителей и учителей, которые хотели его исключить из школы только из-за того, что он казался им «несовременным и замороченным» и привлекал к себе негативное внимание. И сколько же других детей находятся в подобной ситуации?

Мне сказали прямо, что мой сын стал жертвой травли «потому что он не такой, как все». В то время как другие дети считаются замечательными и добрыми. И это, что они заставляют моего ребенка смотреть жесткую порнографию на планшетах, избивают его до тех пор, что он попадает в травмпункт, и выстраиваются в очередь, чтобы плюнуть ему в лицо, — все потому что «он сам себя подталкивает».

Очевидно, что если бы родители и учителя знали диагноз моего сына, они бы попытались исключить его из школы и отправить в коррекционную. Даже несмотря на то, что он не худший ученик в классе. Просто потому, что аутисты считаются «шизофрениками и дебилами».

Теперь внезапно выясняется, что они «склонны стрелять в школе». Так говорят на форумах после радиовыступления одного психолога и поэта, который самозванец в области психотерапии. Они поставили диагноз «аутизм» мальчику, убившему учителя в школе. Неважно, что его отец оказался полицейским, а в доме нашли оружие, по крайней мере, если верить новостям.

Если кто-то стреляет, его сразу же ставят в шкаф — «о, это аутист». Почему законная оценка этого ужасного поступка заменяется психиатрическим диагнозом, и то еще по телевизору. Разве мы не возвращаемся к репрессивной психиатрии, которая, казалось, исчезла вместе с советской эпохой?

В настоящее время аутизм считается особенностью развития, а не болезнью. Но некогда заниматься такими детьми, потому что у них и так много дел — домашние задания, олимпиады, ЕГЭ

И зачем «травмировать других детей»? Почему «нарушать их права», когда можно просто отправить нескольких человек в коррекционную школу, и лучше всего — в психиатрическую больницу: это гораздо надежнее. Хотя именно там аутисты безвозвратно деградируют.

В больницах по-прежнему выдают горсти таблеток, хотя известно, что лекарств от аутизма не существует. В специальных школах детям лишают возможности общения и развития в сторону «зоны ближайшего развития». Отвергать граждан в детстве гораздо проще, это факт. Было бы честнее назвать это явление именно так: обычный фашизм.

Не верите? Напомню, как устанавливаются такие диагнозы и делаются соответствующие рекомендации. Где будут учиться дети-инвалиды, решает специальная психолого-медико-педагогическая комиссия (ПМПК).

В своей статье «Кто определяет, где будет учиться ребенок-инвалид?» детский психиатр Елисей Осин очень точно разъясняет суть работы комиссии и почему ее так страшно проходить. Он отмечает, что процесс работы ПМПК можно сравнить с заседаниями знаменитых «троек» сталинских времен. 20-30 минут прищура – и решение готово. Фактически, это похоже на отправление современных детей на 10 лет без возможности пересмотра – их отправляют туда, где их ждет только деградация.

Родители не имеют возможности повлиять на этот «процесс»: их никто не слушает, ведь они не специалисты. И как только колесо начинает вращаться, оно не остановится, пока не сделает полный оборот.

Мой ребенок не нуждается во всем этом аду, чтобы избежать службы в армии. Я пришла к выводу, что это необязательно. Пусть он продолжит учиться в обычной школе по стандартной программе, хотя это и трудно. Пусть он наслаждается занятиями в художественной школе. Пусть посещает занятия со своим любимым психологом, который стал его другом.

Пусть он посещает молодежный клуб в Институте коррекционной педагогики, чтобы общаться со сверстниками.

Пусть он мечтает о своем будущем профессии, не сталкиваясь с официальными диагнозами.

Чем больше разговоров и публикаций о включении, тем очевиднее: это должно затрагивать всё общество в целом, как часть закона, иначе все разговоры о толерантности — бессмысленные.

Сегодня истинная инклюзия может быть обеспечена только в семье. Никто не сможет заменить маленькому человеку любящих родителей, братьев, сестер и Церковь. Основной метод восстановления — это любовь и Сакраменты. Специалисты — учителя, врачи и психологи — могут предоставить дополнительную поддержку.

Смешные деньги, которые предназначены моему сыну в качестве пенсии, я могу заработать пока что. Что касается призыва в армию, мы придумаем что-то.

Мы призываем вас сделать регулярное пожертвование в пользу нашего сайта. Miloserdie.ru существует благодаря добровольным пожертвованиям наших читателей. Нам нужны средства на командировки, съемки, зарплаты редакторов, журналистов и техническую поддержку сайта.

Получение инвалидности для ребенка

Необходимо выяснить, как правильно сделать все необходимые оформления, куда обратиться, какие документы принести и так далее:

Оформление инвалидности для детей в Детской психиатрической больнице № 6

Эта информация подготовлена на основе данных, полученных в сентябре-октябре 2013 года (возможны изменения). Автор – Н.А. Воскобойникова.

Сейчас больница №6 называется иначе: Государственное казенное учреждение здравоохранения г. Москвы «Научно-практический центр психического здоровья детей и подростков Департамента здравоохранения г. Москвы», городское консультативно-психиатрическое диспансерное отделение.

Первый этап (Пенсионный Фонд). Желательно сразу оформить СНИЛС на ребенка в территориальном управлении Пенсионного Фонда. Готовый документ будет готов примерно через 2 недели. В нашем отделении ПФ потребовали:

1. Свидетельство о рождении ребенка (оригинал + копия);
2. Паспорт одного из родителей ;
3. Документ, подтверждающий место жительства ребенка : свидетельство о рождении ребенка и так далее – (оригинал + копия).

II этап. Районная поликлиника (психиатр) Районному психиатру (по месту жительства ребенка!) необходимо предоставить копии следующих документов (они хранятся в карте у психиатра):

1. Свидетельство о рождении ребенка;
2. Паспорт законного представителя ребенка;
3. Документ, подтверждающий место жительства ребенка: свидетельство о рождении ребенка и так далее;
4. Полис медицинского страхования;
5. Выписка из домовой книги – отдается оригинал;
6. СНИЛС ребенка;
7. Первичные документы, подтверждающие диагноз.

Для подтверждения диагноза и выписки психиатр направляет вас в больницу №6. Каждый год необходимо получить согласие отца ребенка (Приложение № 1) для прохождения обследования, с печатью нотариуса или отдела кадров. Бланк согласия можно получить в регистратуре или распечатать с сайта больницы. Также необходимо подготовить выписку из домовой книги.

Шестой этап заключается в посещении больницы (амбулаторно, примерно 2-3 недели).

В регистратуре консультационно-диагностического отделения больницы ребенку будет заведена карта (выдаются на руки). Предварительную запись на первичный прием к психиатру можно осуществить по телефону: 8-(495)-954-37-54. После консультации можно записаться к другим специалистам: логопеду, дефектологу, психологу, невропатологу. Потребуется проведение ЭЭГ и генетическое исследование (сдача анализов крови).

После всех проведенных обследований необходимо снова записаться на прием к психиатру и в этот же день забрать выписку из шестой больницы.

Этап IV: Районная поликлиника (психиатр + диспансеризация)

Психиатр выдает вам бланк 088 – карта для прохождения диспансеризации — ее также можно пройти по месту жительства, а не регистрации — она действительна примерно 1 месяц. Список специалистов, необходимых для диспансеризации:

1. педиатр – направления на анализ мочи и крови, к ортопеду и невропатологу;
2. хирург;
3. ортопед – запросить специальные рекомендации для обуви;
4. отоларинголог;
5. невропатолог/невролог;
6. общий анализ мочи;
7. общий анализ крови;
8. затем снова к педиатру, он выдает выписку-эпикриз формата А4, возвращает готовые анализы, вписывает их в бланк 088, а также записывает рост и вес ребенка.

Этап V: Посещение районной поликлиники (консультация у психиатра)

Психиатр подготавливает пакет документов для МСЭ (запечатанный конверт для комиссии):

1. Заполненная форма 088 (с результатами диспансеризации);
2. Характеристика ребенка из учебного заведения;
3. Выписка от детского врача (на листе формата А4);
4. Копия СНИЛС ребенка;
5. Копия свидетельства о рождении ребенка;
6. Выписка из шестой бухгалтерии за текущий год;
7. Оригинал выписки из домовой книги;
8. Копия паспорта законного представителя ребенка;
9. Анкета для социального опроса (КотиБ).

Этап VI: Подача документов на МСЭ (возможно без присутствия ребенка!)

Необходимо иметь с собой конверт, выданный психиатром, оригиналы свидетельства о рождении ребенка, СНИЛС ребенка и ваш паспорт для приема. Вам будет назначена дата и время, и вы получите талон. Если ребенок заболеет, вызовите врача на дом, получите официальную справку и обязательно позвоните в комиссию, чтобы перенести прием.

VII. Проведение МСЭ (через 2,5 — 3 недели)

Приходите на МСЭ с ребенком (!) и имейте при себе оригиналы свидетельства о рождении ребенка, СНИЛС ребенка и ваш паспорт.

Розовую справку об инвалидности и Индивидуальный план реабилитации ребенка (ИПР) получите сразу.

2 апреля — Всемирный день осведомления об аутизме. В настоящее время термины «аутизм» и «расстройство аутистического спектра» стали звучать все чаще. 20 лет назад об этих терминах знали мало людей, даже специалисты редко ставили такие диагнозы, особенно у людей старше 18 лет. Ребята с аутизмом или РАС получают комплексную помощь в столичных ЦССВ и центрах социальной поддержки и реабилитации детей-инвалидов. Специалисты из социальных центров рассказали о самых распространенных мифах об аутизме и дали рекомендации родителям таких детей.

Миф № 1: Причина возникновения РАС — вакцинация.

Исследования выявили, что не существует прямой связи между вакцинацией и возникновением РАС. Изменения вакцинационного календаря и состава вакцин не оказывали влияния на распространенность РАС. Генетические и средовые факторы, такие как недоношенность и гестационный диабет, играют более значительную роль в возникновении этого заболевания. В настоящее время выявлено более ста генов, связанных с РАС, и средовые факторы могут влиять на их проявление при наличии генетической предрасположенности», − отметил Александр Белов, руководитель службы медицинской помощи детям ЦСПР «Дом детей».

Существует миф о том, что безглютеновые, кетогенная и безказеиновые диеты, вывод тяжелых металлов из организма (хелатирование), иппотерапия и дельфинотерапия могут вылечить аутизм.

Различные исследования не подтвердили эффективность этих методик. У детей с расстройством аутистического спектра, так же как и у детей без этого диагноза, могут быть проблемы с желудочно-кишечным трактом, ферментопатии, пищевая аллергия, непереносимость молока и лактозы. Однако это не имеет никакого отношения к расстройству аутистического спектра.

Если у ребенка есть проблемы с желудочно-кишечным трактом (боли в животе, тошнота, тяжесть, метеоризм), то любой ребенок будет нервничать. Дети с расстройством аутистического спектра, у которых из-за нарушений в общении и социальном взаимодействии сложнее выразить свои жалобы, также будут нервничать. Лечебная диета и лекарства (спазмолитики, обезболивающие) помогают снять неприятные ощущения, и ребенок успокаивается. Это Влияет на его поведение.

Существует мнение, что методика вывода тяжелых металлов не подтвердила свою эффективность и может вызывать серьезные побочные эффекты. В то же время иппотерапия и дельфинотерапия способны улучшить эмоциональное состояние ребенка и принести ему радость, как и любому другому ребенку, общающемуся с животными. Однако они не могут полностью вылечить РАС.

Александр Белов отмечает, что такие методы, как остеопатия, иглорефлексотерапия, арт-терапия, метод Томатис и биоакустическая коррекция, микрополяризация головного мозга, методика биологической обратной связи, мозжечковая стимуляция, гипербарическая оксигеннация и многие другие также не имеют достаточных научных доказательств своей эффективности.

Миф № 3. Лекарства способны вылечить аутизм.

Ни одно лекарство не может оказать влияние на основные симптомы РАС — отсутствие социального взаимодействия и ограниченное стереотипное поведение. В определенных случаях применение лекарств может быть оправданным. В случае РАС могут наблюдаться другие сопутствующие расстройства, такие как нежелательное поведение. В таких ситуациях лекарства могут помочь ребенку и косвенно улучшить его социальную адаптацию. Это позволит ему более эффективно взаимодействовать с другими специалистами — логопедами, дефектологами, психологами и т. д.

Советы для родителей, воспитывающих детей с РАС

• Будьте последовательны. Вам необходимо находиться на одной волне с психологами, дефектологами, которые работают с вашим ребенком.
• Сделайте жизнь ребенка предсказуемой и понятной для него.
• Благодарите ребенка за хорошее поведение. Подчеркивайте его достижения сразу, как только он проявляет хорошее поведение или выполняет ваши инструкции, применяет только что усвоенные новые навыки.
• Создайте для ребенка свою личную зону. Это место в комнате или квартире, где ребенок может находиться наедине, играть, расслабиться.

Способы получения инвалидности для детей с аутизмом

Чтобы получить статус инвалида для ребенка с аутизмом, необходимо предоставить медицинские документы, включая заключение психолого-медико-педагогической комиссии, амбулаторную карту, результаты обследований и анализов. Также требуется подать заявление на инвалидность и предоставить документы, подтверждающие доходы семьи. Все необходимые документы можно получить в медицинском учреждении, где проходило обследование ребенка.

Дети с аутизмом имеют право на различные льготы, связанные с их инвалидностью. Они могут получить индивидуальную программу реабилитации и медицинскую помощь, которые предоставляются бесплатно или по льготной цене. Также ребенок может быть включен в образовательный процесс с использованием специальных методик и технологий. Семья ребенка может получить материальную помощь, социальное обслуживание и налоговые льготы.

Инвалидность для аутистов: благо или зло

Что случилось? 15 декабря на встрече по инновациям в образовании в Совете Федерации министр науки и образования Ольга Васильева (вместе с Минздравом) предложила закрепить в законе статус детям-аутистам. Эта идея поддерживается Минздравом.

Отсутствие статуса инвалида у детей с расстройствами аутистического спектра (РАС) мешает созданию специализированных программ обучения из-за отсутствия финансирования в бюджете. Что такое аутизм?

Аутизм у детей, также известный как детский аутизм, является частью широкого спектра аутистических расстройств (РАС), который Включает в себя атипичный аутизм и синдром Аспергера. Согласно данным Всемирной организации здравоохранения на февраль 2016 года, РАС диагностируется у одного ребенка из 160. Симптомы аутизма могут включать в себя трудности в общении с другими людьми, ухудшение или потерю социальных навыков, глубокую самоизоляцию и отсутствие реакции на окружающий мир.

Результаты ряда исследований свидетельствуют о том, что при выявлении аутизма в раннем возрасте и соответствующем уходе уровень проявления симптомов снижается. При обсуждении аутизма нередко возникают морально-этические вопросы. Можно ли считать это состояние серьезным отклонением в психике? Следует ли изолировать детей с аутизмом от их сверстников без такого диагноза?

Возможно ли обучение всех детей включительно? Важно учитывать, что не каждый ребенок, предпочитающий уединение перед шумными играми, является аутистом, и не каждый ребенок с диагностированным аутизмом полностью лишен контроля над собой.

Согласно законодательству Российской Федерации, «ребенок-инвалид» — это человек с нарушением здоровья, которое приводит к ограничению его жизнедеятельности и требует социальной защиты. Ограничение жизнедеятельности подразумевает утрату способности к самообслуживанию, передвижению, общению, контролю поведения, обучению и трудовой деятельности. Статус «ребенок-инвалид» снимается по достижении совершеннолетия.

После установки статуса инвалидности у маленького человека, он и его семья получают право на получение финансовой помощи каждый месяц. В 2016 году детям-инвалидам выплачивали чуть менее 12 тысяч рублей в месяц. Кроме этого, семьи имеют право на получение социальных льгот: бесплатные лекарства и медицинские препараты, путевки в санатории, бесплатный проезд, субсидии на оплату жилья.

Все эти льготы могут быть предоставлены в денежном эквиваленте, если семья по каким-то причинам предпочтет деньги. Родителям детей-инвалидов начисляется пособие по уходу в размере 5,5 тысяч рублей, опекунам — 1,2 тысячи рублей ежемесячно.

Человек, страдающий нервно-психическими расстройствами, такими как паралич с признаками слабоумия, олигофрения, нарушения мозгового кровообращения, приводящие к слабоумию, или эпилепсия, может быть официально признан инвалидом. Татьяна Морозова, клинический психолог и эксперт Фонда «Обнаженные сердца», высказывает мнение, что многие дети обладают особенностями, которые могут привести к признанию инвалидности. Однако у каждого ребенка эти особенности могут проявляться по-разному, и необходимо адекватно относиться к присвоению статуса инвалида в каждом конкретном случае.

Неправильная постановка диагноза «аутизм» приводит к тому, что детям назначают неподходящее лечение, не учитывая их реальные проблемы. Программа помощи не соответствует их потребностям из-за ошибочного диагноза. Я согласна, что нужно улучшить систему выявления и правильно ставить диагноз в детском возрасте, чтобы предоставить адекватную помощь.

Однако правильный диагноз и инвалидность — это не одно и то же. Иметь диагноз должно означать доступ к специализированной помощи, которая соответствует индивидуальным потребностям. Нам нужно развивать систему в обе стороны: улучшать постановку диагнозов и внедрять современные методы лечения. Только тогда наша инициатива будет иметь смысл. Если же неправильный диагноз приведет к тому, что родители обратятся к шарлатанам за неэффективной помощью, это будет очень плохо.

Эта проблема не имеет одного универсального решения для всех. Очень важно, чтобы мы обсуждали это. Однако прежде чем делать резкие выводы, необходимо проанализировать ситуацию. Не хотелось бы, чтобы такая замечательная идея принесла больше вреда, чем пользы».

Наталья Захарова, профессиональный психиатр, к. м. н., сотрудник кафедры психиатрии и медицинской психологии Российского медицинского университета имени Н.И. Пирогова: «У различных видов детского аутизма, требующих лечения и постоянной помощи, устанавливается инвалидность. Но это не означает, что инвалидность должна быть у всех детей с аутизмом. Не все формы этого заболевания требуют вмешательства со стороны государственных органов, так как многие аутисты сохраняют трудоспособность и могут успешно обучаться и адаптироваться в обществе, даже лучше, чем дети без этого заболевания».